Жанры
Наука, Образование
Стр. 1 из 3

Ярослав Гашек

Футбольный матч

Между баварскими городами Тиллингеном и Гохштадтом на Дунае царит острая вражда. В середине века тиллингенцы, нагрузив доверху горючими веществами челноки, отправлялись в Гохштадт, который после таких визитов неоднократно выгорал дотла. Иногда, однако, гохштадтцы прогоняли тиллингенцев, и тем приходилось бежать стремглав все сорок километров, отделяющие один город от другого; тянущаяся на протяжении десяти километров за Гохштадтом по направлению к Тиллингену дубовая аллея до сих пор называется «У повешенных тиллингенцев».

В отличие от гохштадцев, тиллингенцы попадавших к ним в плен соседей топили в Дунае. Когда им однажды попал в руки член гохштадтского городского совета, они разрубили его на четыре части и одну из них послали со специальным послом в город Гохштадт. Гохштадтцы немедленно повесили этого посла на крепостной стене, несмотря на его протесты и заявление, что он, как посол, является личностью неприкосновенной.

Так продолжалось до тех пор, пока у городов не было отнято право устраивать подобные игры и забавы и пока современная эпоха не смягчила суровость нравов и ограничила их драками на постоялом дворе «У Ангела-хранителя». Этот постоялый двор лежит в двадцати километрах от Гохштадта и в двадцати километрах от Тиллингена, являясь границей обеих враждующих земель.

Каждое воскресенье и каждый праздник жители обоих городов собирались сюда вести дискуссию. Приходили они сюда пешком, а домой их приходилось развозить в обе стороны на навозных телегах, с пробитыми головами и переломленными ребрами, причем они были очень довольны, что все так хорошо обошлось.

Обе стороны неизменно стремились поддержать первенство своего города в столетней борьбе, поэтому бои между ними «У Ангела-хранителя» носили не менее упорный характер, чем сотни лет назад, когда тиллингенцы карабкались по лестнице на стены Гохштадта с горящими смоляными факелами, а защитники Гохштадта сшибали их вниз в крепостной ров трехпудовыми дубинами. Дрались так же ожесточенно и упорно, как в те времена, когда гохштадтцы тараном разбивали ворота Тиллингена, а тиллингенцы лили на них сверху кипящую смолу.

Ни одна из сторон никогда не могла похвалиться окончательной победой до тех пор, пока областные власти не передали гохштадтцев в руки тиллингенцев. Гохштадтское административное управление было упразднено, и город причислен к тиллингенскому округу. В Гохштадте был мировой судья, а в Тиллингене — окружной суд. Гохштадтцы своих граждан только допрашивали, а судить отправляли в Тиллинген, где над ними творили суд строгий и немилостивый. Гохштадтцы должны были призываться на военную службу в Тиллингене, и во всех должностных делах на первом месте всегда оказывался город Тиллинген, и лишь потом шел Гохштадт. Так, гохштадтцы по всей линии были побиты, унижены и оскорблены. И когда в одно из воскресений им удалось хорошенько «поколотить тиллингенцев у „Ангела-хранителя“, то на следующее воскресенье там оказалось столько жандармов из тиллингенского округа, что гохштадтцы не могли рассчитаться с тиллингенцами при всем своем желании.

С тех пор враги встречались лишь случайно, при отбывании воинской повинности. В казармах гохштадцы, окруженные со всех сторон неприятельской волной, склоняли голову пред превосходящими силами противника и, возвращаясь домой, говорили, что в подобной обстановке сопротивление бесполезно, за что домашние смотрели на них, как на трусов. И уже казалось, что гохштадтцам никогда не смыть пятна позора, как новая эпоха принесла Южной Германии — футбол.

Форварды Гохштадта возбуждали всеобщее удивление; они гнались за мячом так же быстро, как их предки за убегавшими тиллингенцами. Мяч в ворота противника они забивали с такой же непреодолимой силой, как тараны их предков когда — то разбивали ворота города Тиллингена.

Сыгранность и спаянность всей команды гохштадцев, полубеков, полуцентра и крыльев преодолевала живую преграду тел, закрывавшую путь к неприятельским воротам. Однажды даже вышло так, что вместе с мячом они вбили в ворота противника своего собственного бека.

Удары их были чудовищны. Мяч, который они вбили в ворота враждебной команды, свалил голкипера, пробил сетку, оторвал ухо одному зрителю, убил собаку, игравшую недалеко за полем, и сбил с ног шедшего там прохожего. Это — один пример.

Второй пример: при матче «Гохштадт» против «Ингольштадта» гол, забитый первыми, потребовал двух жертв, — голкипер и мяч испустили дух. Игру пришлось прервать на десять минут, пока не пришел новый голкипер и не принесли новый мяч.

Возвращаясь с поля, гохштадцы могли гордо распевать свой военный гимн:


Кто поцелуй срывает
С девичьих нежных губ,
Кто лучше гол вбивает,
Чем наш гохштадтский клуб?
Гоална, гоалиа, урр — ра!

В спортивной хронике их игру называли необычайно упорной, а одна провинциальная газета писала в отчете об их последнем матче, что это был не футбол, а страшный суд. В другой газете писали, что встреча команд «Гохштадт» — «Рингельсхайм» напоминает борьбу за Верден.

В осеннем сезоне гохштадтцы, зелено — голубые, могли похвастаться следующими успехами: перебили ног — 28 пар; сломали ребер — 49; вывихнутых и сломанных рук — 13 пар; перебитых носов — 52; сломанных лопаток — 16; поврежденных переносиц— 19; ударов в живот, сопряженных с выбытием противников из строя — 32; выбитых зубов — 4 дюжины. Если к этому добавить, что в осеннем сезоне они забили 280 голов, а получили всего 6, то результат их активной игры нельзя не назвать потрясающим.

Все клубы Южной Германии проиграли им, а когда они пригласили на дружеский матч команду «Альтона»— с севера, то изо всей команды домой вернулся один голкипер с перевязанной головой, оставив всех своих соратников совместно с заместителями в больнице Гохштадта на Дунае.

Спрашивается, могли ли на это спокойно взирать тиллингенцы, имевшие свой футбольный клуб бело — желтых? Клуб «Тиллинген» отнюдь не был плохой командой: он играл столь же живо, и его удары в голень или колено были не хуже, чем «Гохштадта». Точность их удара в живот была тоже очень хороша и встречалась обитателями Тиллингена бурей аплодисментов… Тем не менее они проигрывали матч за матчем.

Тут их осенила идея, и они пригласили к себе тренера из Мюнхена, англичанина Бернса, который учил их играть элегантно, пасовать и не отходил от них с утра до вечера, пока наконец не сказал:

— Вызывайте команду Лейпцига! Вызвали, проиграли со счетом 4 : 2.

— Ничего, — сказал тренер Бернс, — еще три таких поражения, и вам некого будет бояться.

И опять потели тиллингенцы, постигая тактику элегантной игры и пасовки, где индивидуальное дарование не играло роли, а все искусство сводилось к сыгранности.

Загрузка...