Жанры
Наука, Образование
Стр. 2 из 8

Между стеной и лесом не было промежутка, заметного разрыва. Листья молодых деревьев и кустов можжевельника смешивались с листьями плюща и дикого винограда, цепляющимися за каменную ограду. Геральт поднял голову. В то же мгновение он почувствовал, как к шее, раздражая, вздымая волосы, присасывается и движется, ползя, невидимое мягкое созданьице. Он знал, что это значит.

Кто-то смотрел.

Он обернулся медленно и плавно. Плетка фыркнула, мышцы на ее шее задергались, задвигались под кожей.

На склоне холма, с которого он только что спустился, неподвижно стояла девушка, одной рукой опираясь о ствол ольхи. Ее белое, ниспадающее до земли платье резко контрастировало с блестящей чернотой длинных взъерошенных волос, стекавших на плечи. Геральту показалось, что она улыбается, но он не был уверен в этом — слишком далеко она находилась.

— Привет, — сказал он, подняв руку в дружеском жесте. И сделал шаг в сторону девушки. Та, легко поворачивая голову, следила за его движениями. Лицо ее было бледным, глаза черными и огромными. Улыбка — если это была улыбка — исчезла с лица, словно кто-то стер ее резинкой. Геральт сделал еще один шаг. Зашелестела листва. Девушка сбежала по склону, как косуля, промелькнула среди кустов орешника и превратилась просто в белую полосу, исчезая в глубине леса. Длинное платье, казалось, совершенно не ограничивало свободы ее движений.

Кобыла ведуна плаксиво заржала, резко подняв голову. Геральт, все еще глядя в направлении леса, машинально успокоил ее Знаком. Ведя лошадь за уздечку, он пошел дальше, медленно, вдоль стены, по пояс утопая в лопухах.

Ворота, солидные, обитые железом, навешанные на ржавые скобы, были снабжены большой бронзовой колотушкой. Поколебавшись немного, Геральт протянул руку, коснулся позеленевшего кольца и сразу отскочил, так как ворота в ту же секунду открылись, скрипя, скрежеща и раздвигая в стороны кучки травы, камешки и веточки. За воротами никого не было — ведун видел только пустой двор, запущенный и заросший крапивой.

Он вошел, ведя лошадь за собой. Ошеломленная Знаком кобыла не сопротивлялась, однако неуверенно ставила негнущиеся ноги.

Двор с трех сторон был окружен стеной и остатками деревянных лесов, четвертая представляла собой фасад небольшого особняка, испещренного оспинами отвалившейся штукатурки, грязными потеками, гирляндами плюща. Ставни, с которых облезла краска, были закрыты. Двери тоже.

Геральт накинул вожжи Плетки на столбик у ворот и медленно пошел к особняку по дорожке, покрытой гравием, пролегающей рядом с низким бассейном небольшого фонтана, полным листьев и мусора. Посреди бассейна на причудливом цоколе пружинился и загибался вверх выщербленный хвост дельфина, высеченного из белого камня.

Рядом с фонтаном на чем-то, что некогда было клумбой, рос куст розы. Ничем, кроме окраски цветов, этот куст не отличался от других розовых кустов, какие приходилось видеть Геральту, Цветы являлись исключением — они были цвета индиго, с легким оттенком пурпура на кончиках некоторых лепестков. Ведун потрогал один, приблизил лицо и понюхал. У цветов был типичный для роз запах, но несколько более интенсивный.

Дверь особняка — а одновременно и все ставни — с треском открылась. Геральт поднял голову. По дорожке, хрустя гравием, прямо на него неслось чудовище.

Правая рука ведуна молниеносно взлетела вверх, над правым плечом, в тот же миг левая сильно дернула пояс на груди, благодаря чему рукоять меча сама прыгнула в руку. Клинок, со свистом вылетев из ножен, описал короткий сверкающий полукруг и замер, направленный острием в сторону атакующего зверя. Чудище при виде меча затормозило и остановилось. Гравий брызнул во все стороны. Ведун даже не дрогнул.

Существо было человекообразным, одето в поношенную, но хорошего качества одежду, не лишенную изысканных, хотя и совершенно нефункциональных украшений. Человекообразность, однако, доходила не выше воротника кафтана — ибо над ним возвышалась огромная косматая, как у медведя, голова с огромными ушами, парой диких глазищ и ужасной пастью, в которой метался красный язык.

— Прочь отсюда, смертный! — рявкнуло чудище, размахивая лапами, но не двигаясь с места. — Не то я тебя сожру! Разорву на куски!

Ведун не сдвинулся с места и не опустил меч.

— Ты что, глухой? — заорало существо, после чего исторгло из себя нечто среднее между визгом вепря и ревом оленя-самца. Ставни на окнах застучали и загрохотали, стряхивая щебенку и штукатурку с подоконников. Ни ведун, ни зверь не шевельнулись.

— Мотай, пока цел! — зарычало создание, но уже как будто менее уверенно. — А не то…

— Не то — что? — прервал Геральт.

Чудище гневно запыхтело, перекосило уродливую голову.

— Смотрите-ка, какой храбрый, — спокойно сказало оно, оскалив клыки, глядя на Геральта налитыми кровью глазами. — Будь любезен, опусти меч. Может, до тебя не дошло, что ты находишься во дворе моего собственного дома? А, может, там, откуда ты родом, есть такой обычай — угрожать хозяину мечом в его собственном дворе?

— Есть, — сказал Геральт. — Но только относительно хозяев, приветствующих гостей медвежьим ревом и обещанием разорвать на куски.

— Ах, зараза! — заволновалось чудище. — Он еще будет меня здесь оскорблять, приблуда. Гость нашелся! Лезет во двор, портит чужие цветы, хозяйничает и думает, что я сейчас вынесу ему хлеб и соль. Тьфу!

Существо сплюнуло, вздохнуло и закрыло пасть. При этом нижние клыки остались снаружи, придавая ему вид дикого кабана.

— Ну и что? — немного погодя сказал ведун, опуская меч. — Так и будем стоять?

— А что ты предлагаешь? Лечь? — фыркнуло чудище. — Говорю тебе, спрячь это железо.

Ведун ловко сунул оружие в ножны на спине, погладил верхушку его рукояти, торчащую над плечом.

— Я предпочел бы, — сказал он, — чтобы ты не делал резких движений. Этот меч можно вытащить в любой момент и гораздо быстрее, чем ты думаешь.

— Видел, — прохрипело чудище. — Если бы не это, ты давно уже был бы за воротами со следами моих каблуков на ягодицах. Откуда ты тут взялся?

— Заблудился, — соврал ведун.

— Заблудился, — повторило чудище, скорчив грозную гримасу. — Ну так выблудись. За ворота, значит. Наставь левое ухо на солнышко и так и держи — и сразу вернешься на дорогу. Ну, чего ждешь?

— Вода здесь есть? — спокойно спросил Геральт. — Лошадь хочет пить. И я тоже, если тебя это не затруднит.

Чудище переступило с ноги на ногу и почесало ухо.

— Послушай-ка, ты, — сказало оно. — Ты и вправду меня не боишься?

— А должен?

Чудище огляделось, кашлянуло и размашисто подтянуло широкие штаны.

— А, зараза, какое мне дело. Гость в дом! Не каждый день встречается кто-нибудь, кто при виде меня не убегает или не падает в обморок. Ну, ладно. Ты утомленный, но вежливый путник, приглашаю тебя к себе. Но если ты разбойник или вор, предупреждаю — этот дом исполняет мои приказания. В этих стенах распоряжаюсь я.

Загрузка...