Жанры
Наука, Образование
Стр. 1 из 89

Пролог

Иннис еще раз проглядела книгу.

Старые страницы не хотели поддаваться, коробились под пальцами, бумага неприятно пахла — еще бы, сколько лет ее никто не открывал…

Она и сама наткнулась совершенно случайно.

Просто полезла на верхнюю полку в библиотеке, а та дернулась под пальцами, девушка зависла на миг едва касаясь пальцами ног старой лестницы — и что‑то хрустнуло.

Мерзко так, неприятно.

Как она очутилась на полу?

Чудом, не иначе.

Она уже потом посмотрела, когда отдышалась и таки полезла за книгой второй раз.

Оказалось, что одна из книжных полок была выпилена внутри. Такой вот тайник.

Где легче всего спрятать книгу?

Да в библиотеке.

А это была даже не совсем книга. Тоненькая тетрадка, толщиной едва ли в палец, в красном переплете — она тогда еще подумала, что цвет неприятный, словно засохшей кровью вымазано…

Хотя стоит ли себе врать?

Не подумала.

На тот момент ее интересовало лишь содержимое.

Книги. Да, книги. Ворота и пропуск в другие миры, чужие жизни, иные страны… Если больше никак не получается, то можно путешествовать с их помощью.

А еще они помогают забыть. Забыться.

Тетрадка, впрочем, этому не послужила. Ни капельки. Как оказалось — это был дневник ее пра — пра — прадеда. Мага — и не простого мага. Некроманта.

А таких в Риолоне не уважали. И всегда были готовы помочь некроманту очиститься. Ясным пламенем костра — и до голых, вылизанных огнем костей.

Особенно сейчас, когда в соседней стране набирало силу безбожие. Да, говорили, что раденорцы лютуют! Представляете, их король лишил Храм законной пятой доли! Более того, он воспретил охотиться на магов! И костры там не горят вот уже лет пять.

И говорят — только тсссс! — это потому, что и сам он маг! И как бы не некромант!

Но будь он таким, разве согласился бы его величество выдать за него принцессу Дариолу?

А ведь согласился, свадьбу сыграли пару лет назад — правда, законным наследником Светлый их пока еще не благословил, но тут уж по — разному бывает.

Хотя Иннис эти вещи интересовали постольку поскольку. Ей все равно ко двору не выезжать. А вот в Раденор хотелось бы. Там она могла бы почувствовать себя в безопасности.

Иннис Андаго, дочь графа Сидона Андаго была ведьмой. Или, если уж называть правильно, магом воздуха.

Слабым, конечно. Ее сил хватало только на мелочи. Ветерок чуть раздуть, пару облаков пригнать или отогнать, сквознячок в карете устроить, чтобы дышалось легче — или в помещении…

Теперь‑то она знала, откуда у нее эти силы. Предок писал, что если дар есть, он себя в потомстве обязательно проявит. А то как же иначе!

Кровь — ее не подделаешь. Ежели, конечно, чья‑то матушка не с конюхом наследника пригуляет.

Впрочем, в роду Андаго такого не случалось.

Не случилось.

Да, род Андаго…

Своими предками Иннис гордилась и хотела быть достойными их. Со стен в картинной галерее смотрели на нее портреты.

Финн Андаго. Тот самый некромант — черноволосый, с волосами, стянутыми в хвост, с черными глазами, с надменным выражением лица, с крючковатым носом и выпяченным вперед подбородком. Он словно излучал силу и власть. Даже сейчас.

Тиданн Андаго. Его внук, по преданиям, которые никто не слушал — сильнейший маг жизни. Спасал людей, с того света доставал буквально…

Лица, лица…

Все черноволосые, черноглазые, с неожиданно белой кожей… и в самом конце — ее мать.

Ританна Андаго.

Черные волосы, горящие черные глаза, ярко — алые усмехающиеся губы, надменное лицо, гагатовое колье на шее — она знала себе цену.

И все же — любовь зла.

Эх, мама, мама, зачем ты так поступила?

А теперь вот есть опасность, что род Андаго прервется…

Иннис имела все основания опасаться. А дело было так.

Чем уж поразил воображение юной Ританны Андаго Сидон Тимар, младший сын графа Тимар, дочь так и не поняла. Но мать вышла за него замуж.

Правда, поскольку она была последней в роду Андаго, то поставила жесткое условие. Они женятся, но муж берет ее фамилию и становится графом Андаго. Это первое.

Согласился ли муж?

А вы бы на его месте отказались? Из третьего сына, никому не нужного даже по большим праздникам, стать графом и самому себе хозяином? Да он с радостным визгом побежал!

И второе.

Графство Андаго, титул и замок, а также все деньги, наследуют ее потомки. Что четко было прописано в брачном контракте.

Иннис потом, когда уже мама умирала, допытывалась — зачем!?

Почему, почему она тогда об этом подумала? Ведь в миг счастья мы все так беспечны, так мало задумываемся о будущем… но мама лишь пожимала плечами.

Не знаю, Иней. Так было надо.

Уже потом, найдя дневник, Иннис поняла, что возможно, это говорил Дар. Пусть и непроявленный, пусть в крови были только крохи, но их оказывалось достаточно. Иногда ее мама могла сказать что‑то — и попасть точно в цель. Ее советы всегда оказывались к месту, хоть их и не сразу принимали всерьез, ее слова били без промаха… жизненный опыт? Или все‑таки осколочки дара?

Тем не менее, бумаги хранились у короля.

А семья Андаго жила, наживала добра, родила дочь…

Вот больше детей почему‑то не получалось, но Ританна не горевала. Девочка росла здоровой, веселой, умной… а сын?

Получится — родим. Нет?

Ну, будет как и раньше, один приемный граф есть, второго найдем! Чай, не крокодил заморский растет, красивая девочка будет!

Иннис, и верно, росла вся в Андаго. Те же черные волосы, те же глаза, мраморно — белая кожа, надменный подбородок, и — дар.

Слабый дар воздушницы, который она, по детской привычке хранить тайны, прятала от всех. От отца, матери, слуг…

Так ведь интереснее!

Все было хорошо, ничего не предвещало беды…

Мама сгорела за два месяца, когда Иннис было тринадцать лет.

Ее скосила странная, никому не понятная болезнь. Храмовник советовал молиться — не помогало. Маг жизни качал головой — его силы уходили в графиню, как в пропасть, а улучшения не было. Ехать в столицу?

Сразу они не поехали, а потом — Ританна не перенесла бы дороги. Она угасала быстро и безнадежно, на глазах у родных, которые не в силах были ей помочь.

Иннис просиживала с матерью дни и ночи, отец заливал горе вином…

Он его вином заливал и после смерти матери. Тогда‑то он и встретил Аморту.

Аморта Моралес, младшая дочь барона — соседа, была не слишком хороша, зато умна, хитра и расчетлива. Хотя нет. Не умна.

Ум — это все же нечто другое. А вот быть по — житейски, по — практичному хищной и расчетливой… это называется как‑то иначе. Мимо своей выгоды она не прошла бы, хоть в жизни и десятка книг не прочитала.

Загрузка...